География Культура и искусство Наука Общество Просвещение Религия Спорт

Внешний (захир) и сокровенный (батин) смысл Корана: ясные (мухкам) и метафорические (муташабих) айаты

Всевышний Господь в своей Книге изрек:
«Так поклоняйтесь же Аллаху / И сотоварищей Ему не измышляйте» (К, 4:36).

Внешняя сторона данного высказывания указывает на отказ от поклонения идолам. Как говорится в другом айате:
«Избегайте скверны сотворения кумиров» (К, 22:30).

Но путем размышления и анализа выявляем, что поклонение идолам запрещено в связи с тем, что оно означает смирение и покорность перед небожественной субстанцией; бессмысленно и пагубно делать объектом поклонения идолов. Так, Всевышний Господь, осуждая поклонение Шайтану (Сатане), говорит:

«Не Я ли вам заповедал, Адамовы сыны, / Не поклоняться Сатане — Ведь он ваш враг заклятый» (К, 36:60).

Дальнейший анализ показывает, что при поклонении и покорности небожественной субстанции нет никакой разницы в том, кто становится объектом поклонения — сам человек или другие вещи. Ибо следует не только избегать поклонения другим вещам, но и отказаться от подчинения собственным предосудительным желаниям.

Как изрек Всевышний Господь:

«Видел ли ты того, / Кто богом свои страсти сделал?» (К, 45:23).

В результате более внимательного исследования выявляется, что не дóлжно уповать ни на кого иного, кроме всевышнего Господа, и нельзя быть невнимательным к Нему. Ибо сосредоточение внимания на небожественной субстанции означает предоставление этой субстанции полной свободы, знаменует покорность и унижение перед нею. А это уже считается духом поклонения и подчинения.

Всевышний Господь изрекает: «Мы много джиннов и людей / Для Ада сотворили», — а затем в конце данного айата раскрывает причину подобного действия: «Ведь остаются в небрежении они / (К увещеваниям пророков)» (К, 7:179).

Как видим, поначалу упомянутый нами священный айат — «Так поклоняйтесь же Аллаху / И сотоварищей Ему не измышляйте» — понимается так, что не следует поклоняться идолам. Но более внимательное изучение показывает, что данный айат обязывает человека не поклоняться никому иному, кроме Аллаха. А если посмотреть на сказанное шире, то речь идет о том, что человек никогда не должен забывать об Аллахе и не должен проявлять иной благосклонности, нежели к Нему.

Подобный порядок, то есть выявление первоначального простого смысла айата и следом за ним выявление более обширного смысла, а также возникновение над ним последующего смысла, прослеживается по всему тексту Священного Корана. Размышление над этими смыслами проливает свет на содержание знаменитого хадиса досточтимого Пророка (да благословит Аллах его и его род!), переданного в книгах по хадисам и экзегетике, который гласит: «Корану присущ внешний смысл, внутренний смысл, внутри которого еще содержится внутренний смысл, и так до семи внутренних смыслов, один внутри другого».

Следовательно, Священному Корану свойственно как внешнее, так и внутреннее содержание (или и внешнее и сокровенное), и оба исходят из его слов, не пересекаясь. То есть внешнее содержание слов не опровергает и не противоречит внутреннему смыслу, а внутренний смысл не мешает внешнему содержанию.

Священный Коран содержит ясные и метафорические айаты
Всевышний Господь в своем Слове говорит:

«Сие — Писание, в котором / Утверждены Знамения в порядке совершенном и с ясностью изложены потом — / От Мудрого и Ведущего все» (К, 11:1).

А затем Он добавляет:

«Аллах (вам) ниспослал / Прекраснейшее Слово в виде Книги, / (Смысл которого в айатах разных) / Иносказательно, но сходно повторяем. / И тех, кто гнева Господа страшится, / Охватывает дрожь при чтении ее, / И кожа их сжимается на теле» (К, 39:23).

И еще говорит:

«Он от Себя послал тебе святую Книгу, / Одни айаты в ней несут открытый смысл, / Собой являя как бы матерь Книги, / Другие скрыты в толковании своем, / Но те, (чье сердце по земле) в грехах (блуждает), / Желая смуты, измышляют смысл сокрытый, / Коий недоступен никому, кроме Аллаха. / А те, чьи знания глубоки, говорят: / "Мы веруем в святую Книгу, / Чей мудрый дух завещан нам от Бога, / И весть ее способен охватить / Лишь тот, чей разум светел"» (К, 3:7).

Как известно, первый айат представляет ясным (мухкамат) весь Коран и, конечно, здесь имеется в виду прочность, нерушимость и безупречность Священной Книги. А второй айат относит весь Коран к категории метафорических (муташабихат). И, конечно, здесь подразумеваются равномерность и гармоничность коранических Откровений (айатов) по красоте стиля изложения, приятности выражений и необыкновенной образной силе. А третий айат, который является объектом нашего рассмотрения, подразделяет Коран на две части — ясную (или «очевидную» — мухкам) и «неясную» (или «метафорическую» — муташабих), что следует из самого содержания данного айата.

Здесь важно: во-первых, ясным считается такой айат, который по своему содержанию является прочным и незыблемым, и содержание его цели не смешивается с нецелевым содержанием; этим ясный айат отличается от метафорического; он толкуется прямо и очевиден; во-вторых, религиозной обязанностью каждого верующего, который твердо придерживается религиозных принципов, является вера в ясные айаты и действия, согласные с ними. Он также обязан верить и в метафорические айаты, но вместе с тем должен воздерживаться от действий согласно этим айатам. Те, кто сам заплутал в образах, пытаются и других людей ввести в заблуждение, разъясняя метафорические (или неясные) айаты, обращаясь к попыткам сокровенного толкования (та’вил) и действуя на основе своих толкований.

Позиция экзегетов и ученых-богословов относительно значения «ясного» и «метафорического» («сходного»)
При толковании слов «ясный» (мухкам) и «метафорический» (муташабих) применительно к айатам Священного Корана в среде исламских ученых-богословов наблюдаются удивительные разногласия. В результате внимательного изучения обнаруживаем около двух десятков различных трактовок этого вопроса.

С периода зари Ислама и по настоящее время распространено мнение, согласно которому под «ясными» айатами понимаются коранические откровения, суть и цель коих понятны и не смешиваются с нецелевым содержанием. В такие айаты следует уверовать, ими надобно руководствоваться в поведении. В свою очередь, метафорическими являются такие айаты, внешняя сторона коих не является их целью; а основная их цель, которая содержится в та’виле («сокровенном толковании»), известна лишь Аллаху. Человеческому разуму значение подобных айатов недоступно, и поскольку они не являются ясными, им необходимо верить, но действовать на их основе не следует.

Данное утверждение особенно популярно среди суннитских ученых-богословов. Оно популярно также и среди шиитов, но с той разницей, что шииты убеждены, что та’вил метафорических айатов известен досточтимому Пророку (с) и Имамам из числа членов его Семейства (а); народные массы должны оставить толкование подобных айатов Пророку и Имамам.

Данное утверждение, несмотря на всю популярность и приемлемость для экзегетов, в нескольких аспектах противоречит указаниям текста Священного Корана и в частности — содержанию упомянутого нами айата:

«Он от Себя послал тебе святую Книгу, / Одни айаты в ней несут открытый смысл, / Собой являя как бы матерь Книги, / Другие скрыты в толковании своем, / Но те, (чье сердце по земле) в грехах (блуждает), / Желая смуты, измышляют смысл сокрытый, / Коий недоступен никому, кроме Аллаха. / А те, чьи знания глубоки, говорят: / "Мы веруем в святую к Книгу, / Чей мудрый дух завещан нам от Бога, / И весть ее способен охватить / Лишь тот, чей разум светел"» (К, 3:7).

Во-первых, в Священном Коране мы не встречаем таких айатов, для определения смысла которых не существует никакой возможности. Не говоря уже о том, что Священный Коран характеризует себя, как «свет» (нур), «указывающий путь» (хади) и «разъяснение» (байан), что никак не сочетается с мыслью о том, что его айаты не могут быть поняты.

Достославный айат: «Что ж им не поразмыслить над Кораном? / Не будь от Бога он, / В нем много бы нашлось противоречий» (К, 4:82), — находит размышления над Кораном способом преодоления и снятия противоречий, хотя, по распространенному мнению, противоречия метафорических айатов никакими размышлениями не разрешаются.

Возможны возражения, что под метафорическими айатами понимаются те буквы, не соединенные меж собой, что помещены в начале некоторых сур Корана. Например, такие буквенные сочетания, как «алиф, лам, мим» [1], «ха мим» [2] и др., для которых не существует никаких способов раскрыть их реальные цели.

Однако следует принять во внимание то обстоятельство, что в упомянутом ранее благословенном айате метафорические айаты названы таковыми для их различения от ясных айатов. Обоснованием подобного названия является требование, чтобы такие айаты были наделены доказанным смыслом из категории словесных смыслов и чтобы их реальный смысл смешивался с нереальным, тогда как начальные сокращенные буквы сур не обладают реальным смыслом, который можно спутать с нереальным.

Известно также, что некоторые заблудшие используют метафорические айаты для обольщения и обмана людей. Но в истории Ислама никогда не было случая, чтобы начальные сокращенные буквы сур были подвергнуты подобному сокровенному толкованию (та’вил) по отдельности — те, кто занимались та’вилом, избирали объектом трактовок весь Коран.

Некоторые утверждают, что сокровенное толкование в данном айате указывает на популярное предание, согласно которому иудеи хотели по начальным сокращенным буквам определить продолжительность жизни Ислама и срок, отведенный для его существования, но досточтимый Пророк (с), читая начальные буквы одну за другой, расстроил их планы.

Данное утверждение не имеет под собой никакой почвы, ибо в случае аутентичности этого предания оно может указывать лишь на вопросы группы иудеев, на которые был дан ответ, и это событие не заслуживает внимания, которое уделяется сокровенному толкованию.

Кроме того, слова иудеев здесь не имеют характера провокации, ибо если религия истинная, то попытки отвергнуть некоторые ее положения не наносят ей никакого ущерба: все небесные религии до ислама подвергались подобным нападкам и не утрачивали истинности.

Во-вторых, согласно упомянутому высказыванию, слово «та’вил» в данном айате должно употребляться в смысле содержания, подкрепленного доказательствами и отличающегося от внешнего аспекта, которое вместе с тем принадлежит к метафорическим айатам. Но эти утверждения неверны. В ходе будущих изысканий в области та’вила и танзила («ниспослания Божественного откровения») мы докажем, что та’вил в кораническом традиционном понимании не относится к категории смысла и содержания, которое буквально разъясняется при помощи какого либо слова; та’вилом обладают не только метафорические, но все айаты священного Корана, включая как ясные (очевидные), так и неясные (метафорические).

В-третьих, в упомянутом благословенном айате словосочетание «ясные айаты» (в тексте: «айаты, имеющие открытый смысл») характеризуется словами «умм ал-Китаб» («матерь Книги»), и это служит свидетельством того, что ясные айаты относятся к материнским (основополагающим) вопросам Книги, а остальные айаты исходят от них и являются производным от них. Таким образом, чтобы понять метафорические айаты с точки зрения содержания и цели, следует прибегнуть к помощи ясных айатов, т. е. для выявления смысла следует обратиться к очевидным айатам, с помощью которых можно определить истинную цель айатов метафорических.

Следовательно, в Священном Коране нет такого айата, цель которого была бы непостижимой. Все коранические откровения являются ясными — непосредственно или опосредованно. А сокращенные буквы в начале некоторых сур не имеют никакого лексического содержания и по этой причине не относятся ни к ясным, ни к неясным айатам.

Данное утверждение в первую очередь следует из слов Священного Корана:

«Что же им не поразмыслить над Кораном? / Иль на сердцах у них затворы?» (К, 47:24)

«Что ж им не поразмыслить над Кораном? / Не будь от Бога он, / В нем много бы нашлось противоречий» (К, 4:82).

Подход Имамов Ахл ал-Бейт (а) к вопросу о ясных и метафорических айатах
Из высказываний Имамов Ахл ал-Бейт (а) выявляется, что в Коране нет метафорических айатов, истинное содержание которых нельзя установить. Наоборот, любой айат, несамостоятельный в выражении своего реального содержания, можно объяснить через другие айаты. Речь идет про уже упоминавшееся нами обращение от неясных айатов к ясным. Например, айаты: «(Создатель) Милосердный — Тот, / Кто утвердился на Престоле (вседержавья)» (К, 20:5) и «И придет твой Бог, и ангелы Его рядами» (К, 89:22) являются ясными благодаря совокупности материальных сторон. Но при сопоставлении этих айатов с айатом: «Ничего, подобного Ему, не существует» (К, 42:11), — выясняется, что за словами «утвердился» и «придет», применяемыми по отношению к Всевышнему, стоит другое содержание, отличное от привычных значений («утверждение на каком-либо месте» и «перемещение с одного места на другое»).

Досточтимый Пророк (с) изрек: «Воистину, Коран ниспослан не для того, чтобы одна его часть опровергала другую; он ниспослан для того, чтобы одна часть подтверждала другую. Так, действуйте согласно с тем, что вам стало понятно, а в то, что вам кажется метафорическим (неясным), только верьте» [3].

Повелитель Верующих ‘Али (а) сказал: «Книга Аллаха — одна часть ее говорит через другую, и одна часть свидетельствует о другой» [4].

Шестой имам Джа‘фар ас-Садик [[5] (а) прорицал: «Ясными считаются те айаты Корана, на основе которых можно действовать, а метафорическими являются те айаты, которые несведущему человеку кажутся непонятными (сомнительными)» [6].

Сохранилось высказывание восьмого имама ‘Али ибн Мусы ар-Ризы [7] (а), которое гласит: «Тот, кто поверяет метафорические айаты Корана очевидными (явными), направляется верным путем. Воистину, в наших преданиях (ахбар [8]), как и в Кора­не, имеют место сходные высказывания. Так, неясные, им не следуя, обратите в сторону ясных; следование первым приводит к заблуждениям» [9].

Как видим, приведенные нами предания, особенно последний хабар, являются достоверными в том плане, что метафорическим считается айат, не обладающий самостоятельностью в обозначении своего содержания, который проясняется при посредстве ясных айатов, то есть никак нельзя утверждать, что для понимания содержания метафорических айатов не существует никаких средств.

Из книги Мухаммада Хусейна Табатабаи «Коран в Исламе»[10]

  • 1. Сокращенные буквы в начале 2 суры Корана — «Ал-Бакара» («Корова»).
  • 2. Сокращенные буквы в начале одноименной 46 суры — «Ал-Ахкаф» («Песчаные дюны»)
  • 3. Ад-дурр ал-мансур. Т. 2. С. 8.
  • 4. Имам ‘Али. Путь красноречия. М., 2007. Хутба 133. С. 120.
  • 5. Абу ‘Абдаллах Джа‘фар б. Мухаммад ас-Садик (ум. 765) — шестой из двенадцати имамов, признаваемых шиитами-двуна­десят­никами; основатель джафаритского мазхаба в шиизме. Благодаря своим обширным познаниям пользовался большим уважением среди всех мусульман. Ему принадлежит авторство доктрины имамата, в основе которой лежит манифестация вечного Божественного света. Среди его учеников были также известные эпонимы суннитских правовых школ.
  • 6. Тафсири ‘Айаши. Т. 1. С. 162.
  • 7. Имеется в виду имам ‘Али б. Муса ал-Казим б. Джа‘фар ас-Садик ар-Риза (770—813) — восьмой имам шиитов-двунадесятников. Аббасидский халиф назначил его наместником Хурасана и своим преемником. Умер в Хурасане, его гробница (Машхад ар-Риза) стала местом паломничества мусульман, вокруг которого вырос крупный город (нынешний Мешхед в Иране).
  • 8. Ахбар (араб. мн. ч. от хабар; букв.: ʽсообщениеʼ, ʽрассказʼ) — мусульманские предания о словах и поступках Пророка (то же, что и хадисы), к которым мусульманами-шиитами добавлены еще и слова и деяния имамов.
  • 9. Уйуни ахбар ар-Рида. Т. 1. С. 290.
  • 10. Мухаммад Хусайн Табатабаи. Коран в Исламе. Фонд исследований исламской культуры, Санкт-Петербург, 2011.